Александр Самойлов: Я могу спеть за Шаляпина

samoylovКак же он похож на своего отца, народного артиста СССР Владимира Самойлова! Рост, комплекция, выражение глаз, усы… Но особенно голос — баритональный бас, с глубокими низкими обертонами, приведшими мой видавший виды диктофон в «дребезжащее» замешательство. Мы встретились с  заслуженным артистом РФ Александром Владимировичем Самойловым на  проходной МХАТ им. Горького, которому он служит уже около двадцати лет. Им сыграно около 20 разноплановых ролей в самых известных спектаклях театра, таких как «Васса Железнова» (Прохор),  «Мастер и Маргарита» (Каифа), «На дне» (Барон), «Лес» (Счастливцев), неизменно пользующихся успехом у зрителей. Оказалось, что внутри театра встречи для интервью не приветствуются. «К чему такие строгости», — спросила я?

— Мы же расположены в стратегическом месте, рядом дом Путина, у нас всегда особый пропускной режим. Так что пойдемте от греха подальше куда-нибудь в кафе. А по поводу интервью у меня есть занимательная история. Известный режиссер, Владимир Чеботарев, который снял «Человека-амфибию» и «Секретаря обкома» с моим отцом в главной роли, звонит мне однажды и говорит: «У тебя хотят взять интервью из газеты «Труд». Ничего, что журналист придет к тебе домой»? Приходит такая дама, показывает удостоверение газеты. Стали говорить в основном о папе. Немного обо мне. Подошло время обеда, предлагаю присоединиться. Спасибо. Достает коньяк. А у меня выходной (все было продуманно). Мы изрядно расслабились. «Ну а теперь, Саша, расскажите о себе. Я слышала, что у вас был роман с Наташей Варлей, как-нибудь затроньте эту тему»… Ну, думаю, это же не может пойти в «Труд», тем более, что диктофон она убрала (на самом деле не выключила). И я понес с очень пикантными подробностями про то, как мы дом сожгли в Юрмале. Проходит неделя-две. Вышел «Труд» с маленькой заметочкой. Вдруг в один прекрасный день на съемках на гримерном столике вижу газету «СПИД-инфо». На разворот целиком моя фотография в шляпе и заголовок: «Я был влюблен в Наталью Варлей до посинения». И все там было напечатано. Почему-то вставили туда фото Наташи в каком-то купальнике, до кучи папу в генеральском мундире. Я потом прятался от Наташи, чтобы она только в суд на меня не подала. Слава Богу, она такую ерунду не читает. Мы поругались с журналисткой, а она мне — ничего не понимаешь, это же пиар. Правда, после нашего скандала перевела мне по почте 200 долларов.

— История с журналистами у каждого актера своя. Смею Вас заверить, «желтизны» мне не надо. Скажите, как на сыне известного актера, на Вас лежало фамильное иго?

— Да, всю мою юность. А я был парень независимый — золотая молодежь, хиппи, товарищи. Все детство я ездил с родителями на гастроли, и везде было бесконечное почитание отца: на вокзале, в ресторане, на улице. Мне всегда было неловко, когда я был рядом с ним. А позже меня с ним вообще стали путать — скажите, это вы снимались в фильме «Нейтральные воды»? Да что вы, мне тогда 14 лет было. Отец тоже носил усы, а под конец жизни вообще отпустил бороду схимника — густую и белую — и говорил, что в каждом волоске бороды весь смысл его прожитой жизни. Я очень переживаю, особенно теперь, когда у самого 6 детей, что я слишком мало общался с отцом. Сначала в силу того, что был разгильдяем и улица была для меня главной. А уже когда поступил в институт — стал много сниматься, у меня сразу 4 или 5 ролей было, стал сильно занят.

— Вы учились в ГИТИСе у Гончарова? Сознательно к нему пошли, потому что родители играли в Маяковке?

— Я ненавидел театр, потому что он отбирал у меня родителей. Мама, Надежда Самойлова, работала все время вместе с папой — в Одессе, Кемерово, Горьком и в Театре Маяковского. В кино она мало прозвучала, а театральная актриса была просто великолепная. Должен сказать, что папа профессионально многим ей обязан. Он пришел с войны, а она уже училась на 2 курсе Одесского театрального училища и сказала: «Будем продолжать отношения, только если ты поступишь». По жизни она была его наставница. В обсуждении ролей с мамой советовался. Когда ему предложили сыграть аристократа  Савинкова, а сам-то папа был из деревни, он очень боялся этой  роли. Мама убедила его — и он сыграл великолепно. Так вот про меня. Я весьма средненько закончилI школу — и где только не работал: и в морге, и осветителем на Мосфильме. А тогда был закон о тунеядстве: если ты после школы в течение года не работаешь — высылают за 101-й км. Потому работал. Была мечта в МГИМО пойти -накупил исторических и политических книг, сделал попытку поступить — но меня сразу развернули, потому что я пришел в рваных джинсах и с длинными волосами. Мне показали фотографию серьезного дяди — вот как должен выглядеть советский дипломат. Ну а потом произошел случай. Родители на гастролях, лето, я один дома. Мы с другом Лешей Менглетом (внуком Георгия Менглета и сыном красавицы Майи Менглет) шлялись по Москве. Леша говорит — пойдем, поступим в какой-нибудь институт. Ты сын артиста, я внук и сын артистов — давай-ка пойдем в театральный. Пойдем в ГИТИС! Приходим в институтский дворик и вдруг наталкиваемся на Нателлу Хаджимуратовну Полетаеву — этой мой будущий педагог, которая работала у Гончарова режиссером и знала нас, поскольку мы часто появлялись в Маяковке: «Чего пришли? Попробоваться?» Поскольку и у меня, и у Леши был большой багаж чтецкий, мы тут же что-то прочли, довольно неплохо, попали сразу на 3 тур. А потом где-то заняли денег и уехали отдыхать в Ялту, вернулись в начале сентября, когда папа с мамой уже были дома после гастролей. Звонок от Нателлы: «А чего ты на занятия не приходишь? Вас же с Лешей зачислили в институт?» А у меня из головы вылетело. Попали к Андрею Александровичу Гончарову на актерско-режиссерский курс.

— Не был ли это все-таки реверанс Вашему папе?

— Нет, вся комиссия была за нас. Хотя потом все 4 года Гончаров говорил «Во втором поколении талант спит!» — и давал нам с Лехой все главные роли. На выпускном спектакле «Леди Макбет» я играл Сергея.

samoylov2— А где сейчас Алексей Менглет?

— В Австралии, переехал в начале 90-х, маму туда забрал и отчима Сатановского. Женился на немке потрясающей красоты, уехал в Германию, а потому в Австралию. У него там свой бизнес плюс канал на телевидении.

— А почему же вы проработали у Гончарова только 8 лет?

— Возникла странная ситуация. Я был очень активен по жизни, и молодежь и даже среднее поколение театра как- то тянулись ко мне. Гончаров сказал такую фразу: «Двух лидеров в театре быть не может» — и создал ситуацию, чтобы я ушел. А вскоре произошла страшнейшая история — папу отправили на пенсию. Это было связано с мамой: после операции она хотела вернуться в театр, но Гончаров ей ничего не давал, и отец впервые в жизни — никогда ни перед кем не прогибался — попросил за маму и поссорился с Гончаровым. Отец мог бы играть и играть. Ванесса Редгрейв в одной из статей написала, что В.Самойлов входит в десятку, а может и в тройку лучших актеров-мужчин, подходящих для любой пьесы, — такое в нем было мужское начало и проживание каждой роли. История с Гончаровым его просто подорвала. Я из одной зарубежной поездки привез кружечку-кипятильник, папа обрадовался, как ребенок – ну вот, будет с чем поехать на гастроли.. Пауза, и заплакал. Если бы не Сергей Яшин, который его взял к себе в театр Гоголя, отец просто не выжил бы без работы.

— Был ли отец востребован в соответствующей его таланту мере?

— У него было много выдающихся ролей. «Отцы и дети» на Беларусьфильме у Славы Никифорова — это наш семейный режиссер. Меня он снял в 17 лет в фильме «Зимородок», где я играл героя папы в юности. Эту картину по сию пору вспоминают. Гениальная роль Ричарда III. После этого спектакля на гастролях Нижегородского театра три московских режиссера рвали отца на части, но он выбрал Гончарова. Папа все свои роли учил в ванной, мама запрещала курить в квартире, помню с самого раннего детства эхо из ванной басом Ричарда: «Сегодня солнце, ярко пылающее, лето превратило в зиму распрей». А вот, что не состоялось — Король Лир, он до последнего дня штудировал эту роль, которую должен был сыграть в театре у Яшина.

— Как складывалась Ваша актерская судьба?

— После Маяковки я работал в Московском областном театре, в 90-е годы там был великолепнейший директор, легендарнейшая личность Исидор Тартаковский. Он всю свою жизнь строил Дом искусств в Кузьминках, хотел построить дом для актеров, но тут перелом в стране и, когда ему исполнилось 75 лет, его уволили. Мы, актеры, даже выходили на митинг в его поддержку, не помогло. После его ухода пошел развал. Вы ведь знаете, в этом здание все время какой-то калейдоскоп коллективов.

samoylov3— А как попали в МХАТ им. Горького?

— Мой друг Валентин Клементьев раньше попал в МХАТ. Сейчас он правая рука у Дорониной, много делает для театра. Я попробовался к Татьяне Васильевне в 1994 — она меня взяла, тем более что помнила меня по Маяковке.

— Сопоставимы ли актерский и режиссерский таланты Татьяны Дорониной?

— На мой взгляд, полностью. Она ставит много, выпускает сейчас «Дикарку». У нее интересные ходы и решения, которые не каждому приходят в голову, а я со многими режиссерами поработал. Я сыграл у нее 5 спектаклей — она совершенно профессиональный режиссер, несмотря на все слухи и сплетни, что актер и режиссер — разные профессии. Для «Дикарки» Татьяна Васильевна нашла молодую актрису Елену Коробейникову и раскрутила ее на потрясающую работу. Александр Титаренко в роли Ошметьева — и эта пара смотрится просто замечательно.

— А жесткая дисциплина, репрессии для снимающихся в кино артистов, которыми славится Доронина?

— Это есть. Наверное, перешло по наследству от Георгия Александровича Товстоногова, который тоже не отпускал своих актеров на съемки. Гончаров вообще говорил: «Актер должен гнить в театре» — тем не менее Маяковка оказалась самой снимаемой в стране. Лазарев, Гундарева, Джигарханян, Самойлов. Татьяна Васильевна сама через это прошла. Но у нас есть в театре актер Андрей Чубченко. Снимался много раз, работает в проекте «Шеф 1» и «Шеф 2» — и Доронина отпустила его почти на 2 года. Лед тронулся. Время от времени у нас бывают и конфликты, и острые отношения, но я ее обожаю как женщину и как актрису. В «Вассе» я играю ее брата Прохора — всегда фурор на этом спектакле, люди на люстрах висят, мы его играем раз в месяц. Доронина там великолепна. Лучшей Вассы я себе не представляю.

— Как у Вас сложились отношения с кино?

— Из наиболее запомнившихся для меня картин — с Сашей Абдуловым «Сицилианская защита». В «Романсе о влюбленных» Кончаловский писал для меня (а я играл брата героя) несколько сцен, но Гончаров тогда на съемки не отпустил — в фильме осталась одна сцена. А вообще мне дороги все 30 моих картин. Только что закончил фильм «Одинокий волк Сашка». Мне режиссер Панин предложил Шаляпина сыграть, но пока нет денег на проект. У Краснопольского в «Вольфе Мессинге» я играл уже оперного певца, за которого должен был петь Кибкало. Я как запел — тут уже никто и не понадобился.

Так что — и Шаляпина сами споете?

— Запросто. В театре пою, в «Лесе» (Счастливцев), в «Вишневом саде» (Епиходов).

— Будет ли продолжение актерской династии Самойловых?

— Пока не знаю. Старший сын Сан Саныч проучился по 2 года в Щуке и ЛГИТМИКе, но ничего не закончил, сейчас живет в Гоа. Дочь от второго брака вышла замуж, родила детей, поехала за мужем аж в Апшеронск. Сейчас у меня третья жена Ирина, тоже актриса, снимается в сериалах, играет в антрепризе, но основная ее работа — дети. Родила мне трех пацанов, сейчас им 14, 16 и 19 лет. Они занимаются акробатическим рок-н-роллом. Средний — самый талантливый, у него куча кубков и призов международного класса. Этот вид спорта хотели даже олимпийским сделать. Об актерстве сыновья пока не говорят, да я же тоже не говорил.

Алла АЛЕШИНА

Рассказать друзьям:

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.