Пуд перловки за вождя мирового пролетариата

Образ Ленина преследовал советского человека повсюду, независимо от его желания и взглядов. Он входил в каждый дом воровски, без стука. Это мог быть школьный букварь с портретом вождя, отрывной календарь, песни о Ленине, но самое главное — деньги. Все крупные купюры: 10, 25, 50, 100 рублей украшены были профилем Ильича. И даже такой отщепенец, индивидуалист, как я, не состоявший ни в каких организациях, начиная с пионерской и кончая КПСС, не мог ускользнуть от этого образа. Банковские билеты давали свободу и независимость, и их у меня было в изобилии, особенно в 60-70-е годы. Благодаря журналисткой хватке, привитой мне отцом, я сотрудничал с двустами газетами по всему Советскому Союзу. И, не выходя из дома, мог заработать в день более ста рублей, выстукивая на пишущей машинке «Woodstock» исторические заметки и обзоры профильных выставок в павильонах ВДНХ. Это был Клондайк! Пять-шесть статей в день — и месячная зарплата инженера у меня в кармане.

Однажды профессиональное любопытство привело меня на бывшую дачу Лямина в Сокольниках. Это был конец 1970-го года. Страна отдыхала от шумного юбилея вождя и готовилась к встрече Нового года. Канонический образ Ленина еще более укрепился новыми фактами его славной жизни, вышли очередные воспоминания о самом «человечном человеке» в пяти томах. Поскольку Сокольники — это моя родина, меня интересовала любая деталь, касающаяся истории этого места, и тем более такой яркий эпизод из жизни Ленина, как поездка его в Детскую лесную школу в канун Рождества 24 декабря 1918 года. Там отдыхала Н.К.Крупская и Ленин решил навестить ее, а заодно устроить праздник детворе. «Евангелисты» всех мастей по-своему трактовали эту историю. И я, в надежде найти хоть какие-нибудь артефакты, взял пару бутылок пятизвездочного армянского коньяка и для чистоты эксперимента отправился по намеченному адресу именно 24 декабря. В тот момент там находился один из отделов Библиотеки им. Некрасова. И на двери висела табличка «Санитарный день». Но на мое счастье внутри оказались два сотрудника, мужчины лет сорока, бывшие слегка навеселе. Поэтому я легко установил с ними контакт и, объяснив цель визита, услышал в ответ: «Вам повезло. На ловца и зверь бежит. Сейчас должен подойти Иван Назарович. Он в детстве был участником той самой елки. Он иногда приходит выпить и повспоминать. Новый слушатель для него — просто подарок».

Назарыч был небольшого роста, достаточно юркий, с повадками провинциального тамады. «Так выпьем же Я за то…» Он говорил сбивчиво, возвращался назад, торопился, старался не упустить ни одной детали, прерывал свою речь тостами за Ленина, крякал, потом закусывал квашеной капустой и продолжал.

— Ну, я вам скажу, это был человечище! Время было голодное, а он конфет, пряников понавез. Каждому подарил книжку и игрушки. Мне заяц достался. Баба моя до сих пор его в красном углу держит и по воскресеньям пыль с него стирает.

Все, что он говорил, было похоже на калейдоскоп из разных стекляшек, поэтому я постарался сложить это в определенный узор и передам своими словами.

ХОЗЯИН НОЧНОЙ МОСКВЫ

По дороге на елку с Лениным произошло чрезвычайное происшествие. Под мостом элеваторной железнодорожной ветки на Сокольническом шоссе (ныне Русаковская улица) на его автомобиль напали бандиты. Предположив, что это революционный патруль, Ленин приказал остановиться. Шесть бандитов, вооруженных револьверами, вытащили его из машины, на что он возмущенно заявил:

— Я, Ленин, вот мой мандат.

— А мне плевать, Левин ты, или Розенфельд. А я — Яков Кошельков — хозяин ночной Москвы.

— Но позвольте, мы едем к детям на елку и везем им подарки.

— К детям говоришь? Дети, как кто-то сказал, — это цветы жизни!

— Вы, Гойкого читали?

— Кой-кого может и читал… Прощай папаша, забирай свое добро и не забудь нас в поминанье записать.

Шайка уселась в автомобиль и мгновенно скрылась в заснеженной Москве.

— Степан Казимирович, что же вы не стреляли?

— Так как бы я стрелял, — ответил шафер Гиль, — их шестеро. Ну, убей я одного, а остальные стреляли бы в вас.

— Это верно, неопровержимая логика. Вот убей они меня и вся революция насмарку. Это надо же Ленина на гоп-стоп взяли. Однако, товарищ Гиль, нам надо поторопиться, Надюша уже волнуется.

— Да мы сейчас наискосок, через лес, тут не более трех верст. Давайте я понесу мешок. Метель кажется начинается. Вы бы воротничок подняли, Владимир Ильич, так-то оно теплее будет. Уж совсем чуток осталось. Вон за кустами и окошки светятся.

— А-а-а, — раздался дикий вопль. — Черт!..

— Что с вами, Владимир Ильич?

— Кажется, я в капкан попал, невыносимая боль.

— Подождите, я сейчас помогу. Это Владимир Дмитриевич распорядился капкан поставить. Да-к он не на вас, а на лису. Повадилась, сволочь, за курями охотиться. Ну как, легче стало?

— Ничего, сейчас отойдет, это же чертовщина какая-то, настоящая ночь перед Рождеством.

АМУР И ПСИХЕЯ

Владимир Ильич предстал перед детьми весь запорошенный снегом, с сосульками на бороде, ни дать ни взять настоящий Дед Мазай. Долгожданного гостя сразу вовлекли в хоровод вокруг елки, каждый тащил его в свою сторону.

— Подождите, подождите, — сказал Ленин. — Ну что скакать вокруг елки, давайте лучше песенку споем.

— А какую?

— Какую-нибудь про зиму, про метель. Вот, я знаю: «Вихри враждебные веют над нами, темные силы нас злобно гнетут.» Давайте, подхватывайте!

— В бой роковой мы вступили с врагами.

— А вот и автор этой песенки — Глеб Максимилианович.

Кржижановский спускался в этот момент со второго этажа, он приехал раньше Ленина и привез гирлянды для елки.

— Идите сюда, Глеб Максимилианович. Что же вы, батенька, такие печальные песни пишите, нет ли у вас чего-нибудь повеселее?

— Есть, Владимир Ильич, — и он запел. -Скорей, друзья, идем все вместе, рука с рукой и мысль одна! Кто скажет буре, стой на месте? Чья власть на свете так сильна?

К сожалению, дети слов не знали, и им стало скучно.

— А давайте в живые картины играть, -сказала девочка Катя.

— Давай, — загорелся Ильич, не ожидая подвоха.

На старой даче Лямина сохранилась копия шедевра Ван Дейка «Амур и Психея». Предложив оживить этот сюжет, Катя воскликнула:

— Чур, я Психея, а ты, дедушка, будешь Амуром.

Ленин засмущался и назначил вместо себя Кржижановского, а сам вышел в прихожую.

— Надя, — сказал он супруге, — что у вас тут творится? Распорядись, пожалуйста, немедленно передать это полотно на Волхонку, в Музей живописи!

— Дедушка Ленин, а ты вождь? — спросили ребята.

— Да, вождь, еще какой вождь.

— Ты, Чингачгук?

— Какой Чингачгук? Ах, да, последний из Могикан. Нет, дети, я вождь мирового пролетариата.

— А куда он пролетает?

— Ну, это потом вам тетя Надя объяснит. — Ленин опять обратился к Надежде Константиновне. — Что за чушь они тут читают?

— Что ты, Володюшка, это же юношеская литература, Фенимор Купер, «Следопыт», «Пионеры».

— Все равно, снесите эту макулатуру в подвал. Я для вашей библиотеки свои книги привез. «Шаг вперед, два шага назад» — вот, что надо читать. Впрочем, «Пионеров» можешь оставить, в этом что-то есть.

— Дети! — Позвала нас Надежда Константиновна. — Смотрите, что вам Владимир Ильич привез. — И она вручила каждому по книжке Ленина.

— У-у-у, — замычал недовольно Ванечка, — я думал, паровозик какой подарит или машинку.

— Нельзя так говорить, — оборвала его Крупская, — дареному коню в зубы не смотрят.

-Так если бы конь, а то книга.

— Все скажите спасибо и давайте дальше играть.

— А давайте танцевать! — крикнула Ира. — Вот как в книжке: прыг — вперед, а потом два прыжка назад.

— Ну, хватит ребята, — остановила пляски Крупская, — вы уже совсем уморили Владимира Ильича, да у него еще и нога болит. Я предлагаю сыграть в кошки-мышки. Вот пусть Ира будет кошкой, а мы будем прятаться.

— Вот, это здорово! — Воскликнул Ленин, и решил мышкой ускользнуть по-английски с этого праздника.

Тем временем Гиль связался с Дзержинским и, рассказав о происшедшем, потребовал прислать на дачу охрану и транспорт для Ленина.

— Ты уже уходишь, Володя?

-Да, Надюша, надо срочно ехать, управлять страной, а то тут столько хозяев за ночь развелось.

-Владимир Ильич, а мы сейчас вас быстро доставим, — сказал чекист, — мы броневик подогнали.

Вот это по-нашему, пореволюционному! А вы, Надюша, веселитесь дальше. Ты бы хоть козочкой какой переоделась. Ну, пока, с праздником тебя. Я позвоню.

-Вот так всегда, он страной управлять, а я козочкой прыгать.

ЖИВОЙ ЭКСПОНАТ

Поскольку елка до 1935-го года была запрещена в СССР, эту историю рассказывать было нежелательно. Но после выхода воспоминаний Бонч-Бруевича «На елке в школе», посыпались разные версии этих событий.

Назарыч стал живым экспонатом еще перед войной, когда на детском утреннике выступил с рассказами о Ленине. Ему сразу присвоили звание почетного жестянщика на заводе «СВАРЗ», где он работал, и премировали пудом перловой крупы и именными лыжами. Лыжи были широкие из мореного дуба и весили больше самого Назарыча, но он с несгибаемой волей коммуниста настойчиво пытался подмять их под себя.

— Куда это ты в такую рань с лыжами? -спросила его дворничиха у подъезда.

-Да вот, обкатать надо.

Соседи неизменно стали приглашать его на всякие семейные события: свадьбы, похороны, дни рождения. Сажали на почетное место и требовали, уже в какой раз, «рождественских рассказов».

— Как это так, Назарыч? Вот никто его не видел, а ты видел!

— Ну, как у вас все было?

— Ну, вот сижу я на табурете, а тут он. Ну, вот как ты напротив. Вождь мирового пролетариата.

— И не страшно было?

— Нет, а чего бояться? Я ему говорю: «Ну как там вообще?», а он: «Все хорошо, ребята».

— Везет тебе, ты вот Ленина видел, а у меня целыми днями перед глазами мурло мужнино пьяное!

— Ну, какие твои годы, еще увидишь.

— Кого? Ленина?

— А хоть бы и Ленина, в Мавзолее.

— А нахрена мне спящий-то нужен? Я живого хочу.

С годами Назарыч стал представляться уже не иначе, как соратником Ленина. Я увидел его последний раз, кажется, в году 1981, в одной пивнушке в Сокольниках. Он уже совсем постарел, но с неизменным темпераментом говорил полусонному собутыльнику:

— Вот, как ты, он сидит напротив, и говорит: «Ну что, брат, Назарыч», а я ему: «Да так как-то все. живем».

И тут я подумал, вглядываясь в его осоловелые глаза: а был ли мальчик?

Андрей НЕДЗВЕЦКИЙ

Рассказать друзьям:

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.