Досье для Мельпомены. «Театр Луны»

Семь лет назад на московском театраль­ном небосклоне появилось новое светило. А «зажег» его артист театра имени Моссо­вета Сергей Проханов, создавший в конце 80-х студию фантастики «Луна», которая через четыре с половиной года преврати­лась из маленького зрелищного кооперати­ва в профессиональный московский театр.

Судьба многих «актерских театров» сло­жилась потом плачевно. Открывались они громко, с помпой, фанфарами и шампанс­ким, а теперь чуть ли не все сошли на нет. «Луна» же за прошедшее семилетие из бледной превратилась в медовую и сияет в самом зените; более того, театр Проханова считается одним из столичных headlineroв (говоря языком завистников, «театром для «новых русских»).

Действительно, у маленького подъезда в Большом Козихинском переулке почти каж­дый вечер собирается целое стадо «мустан­гов», «ягуаров» и прочей «автоживности», хозяев которой «бедными ценителями ис­кусств» но назовешь. Публика эта, конечно, нервная, но зато очень живая и благодарная. Странно порой наблюдать, как компа­ния здоровенных «купцов» и их подруг, при­шедших на «Тайс Сияющую» или на «Путе­шествие дилетантов», смотрит на сцену не отрывая глаз и в течение целого спектакля не реагирует ни на что, даже на звонки соб­ственных «мобильников»,

«Активная зона» театра — его сцена — не­велика. С одной стороны, это, конечно, пло­хо (очень тесно), но с другой — где еще в Москве так близко можно увидеть таких ар­тистов, да еще всех вместе. Проханова не волнует «сочетабельность» различных актер­ских школ. Поэтому, когда «захаровец» Дмитрий Певцов очень органично сосуще­ствует с «виктюковцем» Сергеем Виногра­довым в спектакле «Ночь нежна», а прелес­тная Елена Кондулайнен играет в «Путеше­ствии дилетантов» с мужественным и одно­временно чуть-чуть комичным Валентином Смирнитским (тем самым забиякой Партосом из «Трех мушкетеров»), получается «сборная солянка», от которой публика приходит в восторг.

Про молодежь я и не говорю. Елена За­харова, Ольга Понизова, Анна Терехова — это актрисы, которые уже хорошо извест­ны зрителям и на которых ходят. Они заня­ты почти во всех спектаклях «Луны» и толь­ко практическое отсутствие кинематогра­фа в современной России, я уверен, не дает им пока возможности стать настоящими «звездами».

Исповедующий принципы «реалисти­ческой фантастики» Проханов давно разо­чаровался в современной драматургии и, похоже, в драматургии вообще. Каждый раз перед новой постановкой ему прихо­дится самому создавать инсценировку или даже писать пьесу. Единственное исклю­чение он сделал, кажется, для Ольги Ми­хайловой. Детский спектакль «Мечты ма­ленького Робинзона» (в котором на сто­личной сцене чуть ли не впервые появи­лась Чулпан Хаматова) — плод совместного, прохановско-михайловского творчества. Тем не менее, только благо­даря такой «самодеятельности» худрука в репертуаре «Луны» появились названия, которые не встретишь на афишах других театров. Проханов умеет «сделать краси­во» для самого себя.

А красиво — это чтобы на сцене разыг­рывалось побольше роковых страстей, не­человеческих по своему эмоциональному накалу драм, чтобы было «пять пудов» ро­мантической любви и великое множество всяких эротических вещей и положений.

Проханов большой любитель не только красоты духовной, но и «красы телесной», а потому костюмы и декорации в его спек­таклях обычно не отличаются скромнос­тью. Во всем этом есть какое-то плохо скрываемое язычество: яркость красок, «сочность» реквизита, необычная игра све­та в причудливых декорациях напомина­ют то о роскошестве загнивающей Римс­кой империи, то об аляповатости доморощенных дымковских глиняных кукол и старинных лубков.

Художникам в «Луне» иногда приходит­ся довольно туго. Еще бы, ведь в малень­кий «пятачок» сцены почти всегда «впи­сываются» целые оперные декорации: от­весные дикие скалы, море с кораблями и богатые княжеские покои («Путешествие дилетантов», художники Александр Сарычев и Михаил Виноградов), роскошные ан­тичные дворцы («Таис Сияющая», худож­ник Игорь Четвертков), виллы миллионе­ров («Ночь нежна», художник Леонид Подесенов). Создание такой сценографии требует недюжинной фантазии и смелос­ти. Но, как показывает опыт, зрители Те­атра Луны совершенно не замечают вы­нужденных условностей и все купюры и по­лунамеки воспринимаются ими как нечто само собой разумеющееся.

Красота — это, конечно, хорошо, но глав­ная проблема театра заключается не в ре­жиссуре, не в актерах, не в декорациях, а в отсутствии свободного места. С каждым годом «дефицит пространства» в подвале около Патриарших прудов становится все острее и острее. Зрительный зал уже давно не вмещает всех желающих попасть на спек­такли. А тем, кому это все-таки удается, приходится сидеть буквально друг на дру­ге. Театр должен каким-то образом расши­риться — то ли врасти еще глубже в землю, то ли, по примеру коллег, искать новое по­мещение.

К тому же этой осенью Проханов впер­вые набрал в РАТИ свой актерский курс. Студенты проходят мастерство на базе «Луны». Двадцать человек, постоянно тол­кущихся то на сцене, то в фойе, то в буфете — серьезное испытание для малогабаритно­го театра. Но это, похоже, не останавливает художественного руководителя: Сергей Бо­рисович собирается занять студентов в спектакле «Чаплин» по пьесе собственного сочинения, к репетициям которого приступил в начале декабря (в роли великого комика выступит Евгений Стычкин). Готовится и еще один проект — мюзикл по пьесе Ростана «Шантеклер», музыку к которому пишет Максим Дунаевский, а стихи – Юрий Ряшенцев. Не вызывает сомнений, что те­атру необходимо каким-то образом расши­риться — то ли врасти еще глубже в землю, то ли, по примеру коллег искать новый, более просторный и удобный дом для Луны.

Валерий КОДАЧИГОВ

Рассказать друзьям:

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.