Досье для Мельпомены. Театр на Покровке

В 1991 году, когда на мос­ковской сцене особым спро­сом пользовались шумная ак­туальность и эпатажная зре­лищность, театральную Мос­кву поразила и пленила камерная, интимная постанов­ка чеховских «Трех сестер».

На обложке программки ря­дом с портретом Чехова че­ховским почерком было напи­сано: «Господа! Милости про­сим, вечером приходите, да­вайте помечтаем. Пофилософствуем. Будет сладкий пирог с яблоками. Выпьем рюмочку. У нас попросту, все свои».

Все было, как обещали. В маленьком заль­чике зрители вместе с актерами сидели за столом на дне рождения Ирины, ели пирог, пили шампанское. И, словно изнутри ощущая настроения чеховских героев, мечтали, фи­лософствовали, радовались и страдали вмес­те с ними.

На программке этого спектакля еще стояла эмблема Московского областного театра ко­медии. Но в том же году он был переименован в Театр на Покровке. Это была не просто сме­на вывески. Возглавив в 1989 году Театр ко­медии, 38-летний режиссер Сергей Арцибашев выпустил здесь шесть постановок и в про­цессе работы над ними на две трети обновил труппу. Он стал художественным руководи­телем «Покровки» и постановщиком всех ее спектаклей. В этих спектаклях человеческие характеры и взаимоотношения раскрыва­ются прежде всего через тончайшую игру психологических деталей, мастерски сцеп­ленных во внешне простом режиссерском рисунке, У героев классики человеческие проявления здесь выглядят так же живо и естественно, как у людей нашего времени. После «Трех сестер» следующим замет­ным успехом стал «Месяц в деревне» Тур­генева, очаровательно соединивший в себе лукавую усмешку и глубокую искренность, комизм и чувственную страстность. А вско­ре в театральных кругах с восхищением заговорили о здешней постановке «Реви­зора» Гоголя — ошеломляюще необычной, изобретательно остроумной и уморительно смешной.

В этих спектаклях проявились и широчай­шие актерские возможности Елены Стародуб, и умное изящество Геннадия Чулкова, и светлая открытость Натальи Гребенки­ной, и сдержанная внутренняя сила Олега Пащенко, и интеллигентное обаяние Вале­рия Ненашева, и замечательная слажен­ность актерского ансамбля «Покровки».

В 1993-94 году «Три сестры», «Месяц в деревне» и «Ревизор» участвовали в четы­рех международных фестивалях и фести­вале русской комедии, где получили в об­щей сложности десять наград. А грустновато-трогательная интерпретация гоголев­ской «Женитьбы» появилась в репертуаре в 1996 году одновременно с присуждением Арцибашеву Государственной премии за постановки классики.

Столь быстрое признание тем более удиви­тельно, что в первые три сезона Театра на Покровке его спектакли в Москве могли уви­деть только те, кто этого очень хотел. Не было ни афиш, ни публикаций репертуара в газе­тах. Пока мучительно тянулась реконструк­ция предназначенного театру здания на ули­це Покровка, труппа ютилась в убогом дере­вянном доме, который нелегко было найти в закоулках темных пустынных дворов среди сараев и гаражей.

Поднявшись по скрипучей деревянной лес­тнице на третий этаж, вы попадали в длинный коридор. Отсюда через одни и те же две две­ри в зрительный зал — длинную пустую ком­нату с тремя рядами скамей для публики, на тридцать человек — сначала входили зрители, а потом герои спектакля,

В новом театральном зданий зал сделали лишь немногим больше — на шестьдесят мест. И первый ряд тоже поместили прямо на краю сценической площадки. Долгожданное ново­селье отмечали премьерой «Сцен из супру­жеской жизни» Ингмара Бергмана. Когда бур­ные стычки супругов Юхана и Марианны сменялись тихими страданиями, из-за стен слышалась то чья-то перебранка, то урчащая трель унитаза. Раньше здесь был жилой дом, и вокруг сцены до сих пор оставалось четыре квартиры, которые театр сам должен был рас­селить.

Это хлопотное занятие не помешало выпус­ку премьер: «Пробное интервью на тему сво­боды» Марии Арбатовой, «Женитьба», «Гам­лет».    —

В «Гамлете» Арцибашева, суровом, мрач­ном и страстном, юный Гамлет Евгения Булдакова после встречи с Призраком превращается в Гамлета разом постаревшего, беспощадно проницательного и непримиримого, которого темпераментно и мощно играет Сергей Арцибашев.

Он исполняет главные роли и в двух после­дних премьерах. В фарсовом гротеске «Пас­тух» Андрея Максимова это Ленин, в швей­царской эмиграции одержимый одной-единственной идеей — как ему стать пастухом всего человечества. В трех, новеллах спектакля «Надежды маленький оркестрик», возобнов­ленной постановки Арцибашева, которая когда-то шла в Театре на Таганке, это три раз­ных «маленьких человека» брежневской эпо­хи. Новелла «Два пуделя» в исполнении Ар­цибашева и его жены, актрисы Театра на Таганке Нины Красильниковой — прелестный маленький шедевр, который вызывает и хо­хот, и волнующее сочувствие, и восторг от­того, как тонко, и точно это сделано.

По словам директора-распорядителя Теат­ра на Покровке, в нынешнем экономическом кризисе им живется очень тяжело: кроме скромных зарплат от Министерства культу­ры и выручки от спектаклей, других источни­ков существования у них нет. Но цены на би­леты они не подняли и поднимать не собира­ются. И на «Трех сестрах» зрителей по-пре­жнему сажают за именинный стол.

Маленький вестибюль с белыми стенами, белыми колоннами и огромным зеркалом, на­против входа рождает ощущение дома, в ко­тором встречают гостей. Рядом с входной дверью — стоячие вешалки без гардеробного барьера, но с плечиками, на которые вешает ваше пальто кто-нибудь из занятых в спек­такле актеров. А у столика, за которым про­дают билеты, администраторы, а иногда и вме­сте с самим неулыбчивым, сумрачно сосре­доточенным Арцибашевым, ломают голову, как изыскать местечко для какого-нибудь зри­теля, свалившегося на них в самый после­дний момент.

Так что приходите, господа. У них попрос­ту. Только о билете лучше все-таки позабо­титься заранее.

Марина БЛАГОНРАВОВА

 декабрь 1998 г.

Рассказать друзьям:

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.